Elias Lönnrot
Перевод: Эйно Киуру и Армас Мишин.
Runot        Песни

  Kahdeksaskolmatta runo   Песнь двадцать восьмая
  Lemminkäinen pakenee
sotaan nousevaa
Pohjolan väkeä.
с. 1-164. — Лемминкяйнен спешно
бежит из Похьолы, встречает
матушку и спрашивает у нее,
где бы ему можно было
спрятаться от воинов Похьолы,
которые целой толпой идут
воевать против него,
одного-единственного героя.
с. 165-294. — Мать пеняет ему
за то, что он отправился в Похьолу,
предлагает то одно, то другое
место для убежища и советует,
наконец, отправиться на остров
за многие моря, где находил укрытие
его отец в годину страшных войн.


Jo nyt Ahti Saarelainen,
  Тут уж Ахти Сарелайнен,
itse lieto Lemminkäinen,
  сам беспечный Лемминкяйнен,
pistäiksen on piilemähän,
  спрятаться решил скорее,
painaikse pakenemahan
  убежать задумал тотчас
pimeästä Pohjolasta,
  из суровой тёмной Похьи,
sangasta Saran talosta.
  мрачного жилиша Сары.

   
Läksi tuiskuna tuvasta,
  Вихрем вырвался из дома,
savuna pihalle saapi
  вылетел клубочком дыма,
pakohon pahoja töitä,
  чтобы скрыться от возмездья,
10    pillojansa piilemähän.
  спрятаться от наказанья.

   
Niin pihalle tultuansa
  Лишь на воле оказался,
katseleikse, käänteleikse,
  стал вертеться, озираться,
etsi entistä oritta.
  жеребца искать повсюду.
Näe ei entistä oroa:
  Жеребца нигде не видит —
näki paaen pellon päässä,
  на меже валун заметил,
pajupehkon pientarella.
  ивы куст — у края поля.

   
Mikäs neuvoksi tulevi,
  «Как же быть и что тут делать,
mikä neuvon antajaksi,
  у кого искать совета,
ettei pää pahoin menisi,
  головы чтоб не лишиться,
20    tukka turhi'in tulisi,
  чтобы чуба не утратить,
hivus hieno lankeaisi
  чтоб волос мне не оставить
näillä Pohjolan pihoilla?
  на дворе суровой Похьи?»
Jo kumu kylästä kuului,
  Из деревни слышен грохот,
tomu toisista taloista,
  топот — из домов соседних,
välkytys kylän väliltä,
  словно молнии сверкают,
silmän isku ikkunoilta.
  всюду в окнах — взоры злые.

   
Tuossa lieto Lemminkäisen,
  Беззаботный Лемминкяйнен
tuon on Ahti Saarelaisen,
  этот Ахти Сарелайнен,
täytyi toisiksi ruveta,
  изменить решил свой облик,
30    piti muiksi muutellaita.
  обрести иную внешность.
Kokkona ylös kohosi,
  В высоту орлом взлетает,
tahtoi nousta taivahalle:
  рвётся птицей в поднебесье:
päivä poltti poskipäitä,
  солнце щёки обжигает,
kuuhut kulmia valaisi.
  месяц брови опаляет.

   
Siinä lieto Lemminkäinen
  Тут беспечный Лемминкяйнен
Ukkoa rukoelevi:
  к богу Укко обратился:
"Oi Ukko, hyvä Jumala,
  «Ой ты. Укко, бог чудесный,
mies on tarkka taivahinen,
  муж рачительный небесный,
jymypilvien pitäjä,
  предержатель туч гремящих,
40    hattarojen hallitsija!
  легких облаков властитель!
Laaipa utuinen ilma,
  Напусти кругом туману,
luopa pilvi pikkarainen,
  сотвори на небе тучу,
jonka suojassa menisin,
  чтобы мне в тумане скрыться,
kotihini koitteleisin
  чтоб к себе домой вернуться,
luoksi ehtoisen emoni,
  к матушке своей любимой,
tykö valtavanhempani!"
  к прародительнице мудрой».

   
Lenteä lekuttelevi,
  Мчит орёл, крылами машет,
katsoi kerran jälkehensä:
  только раз он оглянулся:
keksi harmoan havukan
  серый ястреб догоняет —
50    - sen silmät paloi tulena
  пламенем глаза пылают,
kuni pojan pohjolaisen,
  словно очи мужа Похьи,
Pohjan entisen isännän.
  Похьи прежнего владельца.

   
Sanoi harmoa havukka:
  Вымолвил тут серый ястреб:
"Ohoh Ahti veikkoseni!
  «Ой ты, Ахти, милый братец!
Muistatko muinaista sotoa,
  Помнишь ли былую битву,
tasapäätä tappeloa?"
  не забыл ли поединок?»

   
Sanoi Ahti Saarelainen,
  Молвил Ахти Сарелайнен,
virkkoi kaunis Kaukomieli:
  так сказал красивый Кавко:
"Havukkani, lintuseni!
  «Ястребок, дружок пернатый,
60    Käännäite kohin kotia!
  улетай к себе обратно.
Sano tuonne tultuasi
  Расскажи, домой вернувшись,
pimeähän Pohjolahan:
  в Похьолу свою явившись:
'Kova on kokko kourin saa'a,
  «Взять орла когтями трудно,
kynälintu kynsin syöä.'"
  съесть пернатого непросто!»

   
Jo kohta kotihin joutui
  Вскоре он домой добрался,
luoksi ehtoisen emonsa
  к матери своей явился.
suulla surkeannäöllä,
  Очень Ахти был расстроен,
syämellä synkeällä.
  очень сильно опечален.

   
Emo vastahan tulevi
  Матушку у дома встретил,
70    kulkiessansa kujoa,
  проходя прогоном узким,
aitoviertä astuessa.
  поспешая вдоль ограды.
Ennätti emo kysyä:
  Матушка его спросила:
"Poikueni, nuorempani,
  «Ой, сыночек ты мой меньший,
lapseni, vakavampani!
  ой ты, верный мой защитник!
Mit' olet pahoilla mielin
  Отчего в такой печали
Pohjolasta tullessasi?
  возвращаешься из Похьи?
Onko sarkoin vaarrettuna
  Может, обделили чаркой
noissa Pohjolan pioissa?
  в доме Похьолы на свадьбе?
Jos on sarkoin vaarrettuna,
  Если обделили чаркой,
80    saat sinä paremman sarkan,
  чарку подадут получше,
taattosi soasta saaman,
  ту, что на войне добыта,
tavoittaman tappelosta."
  что отцом взята в сраженье».

   
Sanoi lieto Lemminkäinen:
  Отвечает Лемминкяйнен:
"Oi emoni, kantajani!
  «Ой ты, матушка родная!
Ken mun sarkoin vaarteleisi!
  Кто меня обделит чаркой!
Itse vaartaisin isännät,
  Обделю таких хозяев,
vaartaisin sata urosta,
  обделю хоть сто героев,
tuhat miestä tunnustaisin."
  тысячу мужей обижу».

   
Sanoi äiti Lemminkäisen:
  Мать на это так сказала:
90    "Mit' olet pahoilla mielin?
  «Отчего ж ты так расстроен?
Oletko voitettu orihin,
  Может, конь твой был охаян,
herjattu hevosen varsoin?
  жеребец твой был осмеян?
Jos olet voitettu orihin,
  Если конь твой был охаян,
ostaos ori parempi
  жеребца купи получше
ison saamilla eloilla,
  на запас, отцом нажитый,
vanhemman varustamilla!"
  батюшкой твоим добытый!»

   
Sanoi lieto Lemminkäinen:
  Отвечает Лемминкяйнен:
"Oi emoni, kantajani!
  «Ой ты. матушка родная!
Ken mun herjaisi hevosin
  Если кто коня охает,
100    eli varsoin voitteleisi!
  осмеять его посмеет,
Itse herjaisin isännät,
  сам хозяев тех охаю,
voittaisin oron ajajat,
  осмеять и сам сумею
miehet vankat varsoinensa,
  всех мужей с их жеребцами,
urohot orihinensa."
  всех героев с их конями».

   
Sanoi äiti Lemminkäisen:
  Мать на это отвечает:
"Mit' olet pahoilla mielin,
  «Отчего же ты в печали,
kuta synke'in syämin
  в настроенье невесёлом
Pohjolasta tultuasi?
  возвращаешься из Похьи?
Oletko naisin naurettuna
  Может, высмеяли жёны.
110    eli piioin pilkattuna?
  на смех подняли девицы?
Jos olet naisin naurettuna
  Если высмеяли жёны,
eli piioin pilkattuna,
  на смех подняли девицы,
toiset toiste pilkatahan,
  их ославить тоже можно,
naiset vasta nauretahan."
  высмеять в любое время!»

   
Sanoi lieto Lemminkäinen:
  Отвечает Лемминкяйнен:
"Oi emoni, kantajani!
  «Ой ты, матушка родная!
Ken mun naisin naurattaisi
  Если б высмеяли жёны,
eli piioin pilkkoaisi!
  на смех подняли девицы,
Itse nauraisin isännät,
  сам бы высмеял хозяек,
120    kaikki piiat pilkkoaisin,
  на смех поднял бы служанок,
nauraisin sataki naista,
  сотню женщин осрамил бы,
tuhat muuta morsianta."
  тысячу других ославил».

   
Sanoi äiti Lemminkäisen:
  Мать на это отвечает:
"Mi sinulla, poikueni?
  «Что с тобой, мой сын, случилось,
On sulle satunen saanut
  что случилось, приключилось
Pohjolassa käyessäsi,
  в дни твоей поездки в Похью?
vainko liioin syötyäsi,
  Может, переел на свадьбе,
syötyäsi, juotuasi
  лишнего немного выпил,
olet öisillä sijoilla
  отчего в постели ночью
130    nähnyt outoja unia?"
  сны ужасные увидел?»

   
Silloin lieto Lemminkäinen
  Тут беспечный Лемминкяйнен
sai tuossa sanoneheksi:
  вымолвил слова такие:
"Akat noita arvelkohot
  «Пусть разгадывают бабы
öisiä unennäköjä!
  сновидения ночные.
Muistan yölliset uneni,
  Сам ночные сны я помню,
sen paremmin päivälliset.
  а тем более — дневные.
Oi emoni, vanha vaimo!
  Ой, родная мать-старушка!
Sääli säkkihin evästä,
  Собери еду в котомку,
pane jauhot palttinahan,
  в торбу положи мучицы,
140    suolat riepuhun sovita!
  заверни в тряпицу соли!
Pois tuli pojalle lähtö,
  Должен я бежать из дому,
matka maasta ottaminen,
  край родимый свой оставить,
tästä kullasta ko'ista,
  золотой свой дом покинуть,
kaunihista kartanosta:
  дорогое мне жилище:
miehet miekkoja hiovat,
  Похьола мечи готовит,
kärestävät keihä'itä."
   точит копья боевые».

   
Emo ennätti kysyä,
  Мать тогда ему сказала,
vaivan nähnyt vaaitella:
  так настойчиво спросила:
"Miksi miekkoja hiovat,
  «Почему мечи готовит,
150    kärestävät keihä'itä?"
  точит копья боевые?»

   
Virkkoi lieto Lemminkäinen,
  Отвечает Лемминкяйнен,
sanoi kaunis Kaukomieli:
  говорит красивый Кавко:
"Siksi miekkoja hiovat,
  «Потому мечи готовит,
kärestävät keihä'itä:
  точит копья боевые,
mun poloisen pään varalle,
  на мою погибель точит,
vasten kauloa katalan.
  на мою беду шлифует.
Tuli työ, tapahtui seikka
  Так случилось, приключилось
noilla Pohjolan pihoilla:
  во дворе суровой Похьи:
tapoin pojan pohjolaisen,
  мной убит владелец Похьи,
160    itsen Pohjolan isännän.
  сам хозяин мной погублен.
Nousi Pohjola sotahan,
  Поднялась на битву Похья,
takaturma tappelohon
  гиблый край восстал всем войском,
vasten vaivaista minua,
  на меня пошел войною,
yksinäisen ympärille."   на беспомощного мужа».

   
Emo tuon sanoiksi virkki,
  Мать на это отвечала,
lausui vanhin lapsellensa:
  так сыночка упрекала:
"Jo sanoin minä sinulle,
  «Разве я не говорила,
jo vainen varoittelinki,
  разве я не умоляла,
yhä kielteä käkesin
  разве я не запрещала
170    lähtemästä Pohjolahan.
  в Похьолу ходить на свадьбу?
Mahoit olla oikeassa,
  Если б ты меня послушал,
eleä emon tuvilla,
  в доме матери остался,
oman vanhemman varassa,
  под крылом своей родимой,
kantajasi kartanossa,
  у родительницы старой —
ei oisi sotoa saanut,
  не было бы этой битвы,
tapahtunut tappeloa.
  не случилось бы сраженья.

   
"Kunne nyt, poikani poloinen,
  Ты куда ж теперь, сыночек,
kunne, kannettu katala,
  мой сынок, моя кровинка,
lähet pillan piilentähän,
  где спасёшься от возмездья,
180    työn pahan pakenentahan,
  спрячешься от наказанья,
ettei pää pahoin menisi,
  чтобы голову не сняли,
kaula kaunis katkeaisi,
  чтобы с шеи не срубили,
tukka turhi'in tulisi,
  чтобы чуба не лишили,
hivus hieno lankeaisi?"
  не сгубили нежных прядей».

   
Sanoi lieto Lemminkäinen:
  Отвечает Лемминкяйнен:
"En tieä sitä sijoa,
  «Я того не знаю места,
kunne painuisin pakohon
  где своё найду спасенье
pillojani piilemähän.
  от возмездья за проступки.
Oi emoni, kantajani!
  Ой ты, матушка родная,
190    Kunne käsket piilemähän?"
  где советуешь укрыться?»
Sanoi äiti Lemminkäisen,
  Мать сыночка так учила,
itse lausui, noin nimesi:
  так учила,говорила:
"En mä tieä, kunne käsken,
  «Где укрыться, я не знаю,
kunne käsken ja kehoitan.
  где укрыться, притаиться.
Menet männyksi mäelle,
  На горе сосною станешь,
katajaksi kankahalle,
  можжевелом на опушке,
tuho sielläki tulevi,
  смерть тебя и там настигнет,
kova onni kohtoavi:
  ждёт тебя и там кончина:
use'in mäkinen mänty
  на горе сосну нередко
200    pärepuiksi leikatahan,
  на щепу и дранку рубят,
usei'in kataja kangas
  очень часто можжевельник
seipähiksi karsitahan.
  на ограды вырубают.

   
"Nouset koivuksi norolle
  Коль в логу берёзой станешь
tahikka lehtohon lepäksi,
  или в рощице — ольхою,
tuho sielläki tulisi,
  смерть тебя и там настигнет,
kova onni kohti saisi:
  ждёт тебя и там кончина.
use'in noroinen koivu
  Ведь болотную берёзу
pinopuiksi pilkotahan,
  на дрова нередко рубят,
use'in lepikkölehto
  очень часто и ольшаник
210    hakatahan halmeheksi.
  под новину* вырубают.
"Menet marjaksi mäelle,
  Ягодкой пойдешь на горку,
puolukaksi kankahalle,
  станешь на холме брусничкой,
näille maille mansikoiksi,
  в отчем крае земляничкой,
mustikoiksi muille maille,
  на чужой земле черничкой,
tuho sielläki tulisi,
  смерть тебя и там настигнет,
kova onni kohtoaisi:
  ждёт тебя и там кончина:
noppisivat nuoret neiet,
  подберут в лукошко девы,
tinarinnat riipisivät.
  юные возьмут в корзинку.

   
"Mene hauiksi merehen,
  Устремишься щукой в море,
220    siiaksi silajokehen,
  скроешься сигом в потоке,
tuho sielläki tulisi,
  смерть и там тебя настигнет,
kova loppu loukahtaisi:
  ждёт тебя и там кончина:
mies nuori, noentolainen,
  юный муж, рыбак чумазый,
veisi verkkonsa vesille,
  там свои поставит сети,
nuoret nuotalla vetäisi,
  невод юные потянут,
vanhat saisi verkollansa.
  сеткой старики поймают.

   
"Menet metsähän sueksi,
  Обернёшься волком в дебрях
korpimaille kontioksi,
  иль в тайге медведем станешь,
tuho sielläki tulisi,
  смерть и там тебя настигнет,
230    kova onni kohtoaisi:
  ждёт и там тебя кончина:
mies nuori, noen näköinen,
  юный муж, стрелок чумазый,
kärestäisi keihä'änsä
  заострит свой верный дротик,
surmataksensa sutoset,
  чтоб в лесу прикончить волка,
metsän karhut kaataksensa."
  завалить в тайге медведя».

   
Silloin lieto Lemminkäinen
  Тут беспечный Лемминкяйнен
sanan virkkoi, noin nimesi:
  слово молвил,так заметил:
"Itse tieän ilke'immät,
  «Знаю сам места дурные,
paikat arvoan pahimmat,
  непригодные укрытья,
kussa surma suin pitäisi,
  где попал бы в лапы смерти,
240    kova loppu loukahtaisi.
  где 6 меня нашла кончина.
Oi emo, elättäjäni,
  Матушка моя, пестунья,
maammo, maion-antajani!
  ты, вскормившая сыночка,
Kunne käsket piilemähän,
  укажи мне, где укрыться,
kunne käsket ja kehoitat?
  где укрыться, затаиться.
Aivan on surma suun e'essä,
  Смерть уже в глаза мне смотрит,
paha päivä parran päällä,
  гибель бродит перед носом,
yksi päivä miehen päätä,
  только день один остался,
tuskin täytehen sitänä."
  да и то едва ли полный».

   
Silloin äiti Lemminkäisen
  Вот тогда-то мать родная
250    itse virkki, noin nimesi:
  Лемминкяйнену сказала:
"Sanon ma hyvänki paikan,
  «Неплохое знаю место,
ani armahan nimitän,
  назову приют приятный,
missä piillä pillomuksen,
  где укрыться лиходею,
paeta pahan-alaisen:
  где злодею схорониться:
muistan maata pikkuruisen,
  помню я земли полоску,
tieän paikkoa palasen,
  ведаю надел укромный,
syömätöintä, lyömätöintä,
  клок земли неразоренной,
miekan miehen käymätöintä.
  край, не тронутый мечами.
Sie vanno valat ikuiset,
  Поклянись священной клятвой,
260    valehettomat, vakaiset,
  безобманной, нерушимой:
kuunna, kymmennä kesänä
  шесть годов и даже десять
et sotia käyäksesi
  не ходить в поход военный,
hopeankana halulla
  хоть и серебра захочешь,
tahi kullan tarpehella!"
  хоть и золота возжаждешь!»

   
Sanoi lieto Lemminkäinen:
  Молвил славный Лемминкяйнен:
"Vannon mie valat vakaiset,
  «Клятвою клянусь священной
en kesänä ensimäisnä,
  не ходить ни летом первым,
tok' en vielä toisnakana
  ни вторым, ни третьим летом
saa'a suurihin sotihin,
  в те великие сраженья,
270    noihin miekan melskehisin.
  в шум и звон мечей могучих.
Viel' on haavat hartioissa,
  На спине ещё изъяны,
syvät reiät ryntähissä
  на груди — большие раны
entisistäkin iloista,
  от моих недавних игрищ,
mennehistä melskehistä
  от моих сражений прежних,
suurilla sotamä'illä,
  на больших холмах военных,
miesten tappotanterilla."
  на геройском поле брани».

   
Silloin äiti Lemminkäisen
  Лемминкяйнену родная
sanan virkkoi, noin nimesi:
  так промолвила, сказала:
"Otapa isosi pursi,
  «Ты возьми корабль отцовский,
280    lähe tuonne piilemähän
  уплывай скорей в укрытье,
ylitse meren yheksän,
  за девять морей широких,
meri-puolen kymmenettä,
  за десятое полморя,
saarehen selällisehen,
  на морской далекий остров,
luotohon merellisehen!
  на затерянную луду*!
Siell' ennen isosi piili,
  Там отец твой укрывался,
sekä piili jotta säilyi
  там спасался, хоронился
suurina sotakesinä,
  в годы грозные сражений
vainovuosina kovina;
  от безжалостных гонений.
hyvä oli siellä ollaksensa,
  Любо было там спасаться,
290    armas aikaellaksensa.   проводить чудесно время.
  Siellä piile vuosi, toinen,   Год- другой ты там побудешь,
käy kotihin kolmannella
  возвратишься уж на третий,
tutuille ison tuville,
  на знакомый двор отцовский,
vanhempasi valkamoille!"   к материнскому причалу!»


© 2010 -2018 - RusFin